The Pulse
Загрузка...

ПОДПИШИТЕСЬ НА EMAIL-РАССЫЛКИ THE PULSE!

Мнение

04.03.2021 г.

Мнение
04.03.2021 г.
grafic 14875

Роль государства в экономике: XIX век. Промежуточные итоги

В XIX веке сложились все основные формы участия государства в экономике, которые, с теми или иными модификациями, реализуются и по сей день.

Сами по себе эти модификации тоже важны, потому что они определяют условия, при которых те или иные формы участия государства в экономике в большей или меньшей степени эффективны. Звучит грустно, но до сих пор существуют страны, которые, несмотря на весь накопленный исторический опыт, реализуют самые неэффективные формы государственного участия в экономике. Обо всем этом мы поговорим в последующих заметках.

На протяжении всего XIX века оставались страны, пытавшиеся сохранить феодальные пережитки. К таким относятся Российская и Османская империи, Персия, Цинский Китай и Корея. В Российской империи благодаря воле монарха, Александра II, удалось частично провести модернизацию, но в других элиты, яростно сопротивлявшиеся изменениям, задушили попытки реформировать отжившие свой век порядки. Их крах в конце XIX – начале ХХ веков должен был стать назидательным уроком на все последующие времена. Но многочисленные тоталитарные диктатуры ХХ века еще раз попытались реализовать на практике их формы правления. У этих диктатур был иной генезис развития, иные условия формирования и существования, иные ценности, но формы и методы правления соответствовали феодальным, с той лишь разницей, что были более жестокими и кровавыми.

Другой группой стран были те, в которых экономическая модернизация не только не отрицалась, но даже поощрялась. Но плодами модернизации должны были пользоваться исключительно элиты и государство защищало их привилегированное положение. К таким странам относятся Франция, Пруссия, Австрия до революций 1848 года. В странах Южной Европы и Латинской Америки такие порядки сохранялись более длительное время. В некоторых из них до конца XX века, а во многих африканских и азиатских странах — по сегодняшний день.

С одной стороны, модернизационный импульс обеспечивал более высокие темпы развития, чем у стран, сохранявших феодальные пережитки, но, с другой стороны, такие страны отставали в развитии от тех, где были реализованы более совершенные формы общественных отношений, в том числе, участия государства в экономике. Более того, плоды модернизации просачивались к неэлитным слоям, которые ими в полной мере воспользоваться не могли, что порождало общественный кризис, приведший к «Весне народов».

Все процессы, протекавшие в первой и второй группе стран, были изучены и описаны К. Марксом и Ф. Энгельсом. Ими же были достаточно точно определены последствия, к которым вела логика развития этих стран. Но основоположники не смогли разобраться с третьей группой стран, о которой пойдет речь ниже. В первую очередь потому, что все процессы и закономерности развития зарождались прямо на их глазах и не были до конца ясны. Проблема марксизма заключается в том, что оно, благодаря усилиям Ленина и Сталина, стало начетническим, что исключило всяческую возможность его развития.

Третья группа стран — это те страны, в которых элиты добровольно, по разным причинам, отказались от закрытого доступа к привилегиям. Сохраняя свое влияние на власть, сохраняя свои привилегии, они открыли доступ к ним любому, кто проявит достаточно предприимчивости и окажется в необходимой степени эффективным. Они согласились на размывание своего особого положения, то есть сокращение своих возможностей влиять на власть, ради того, чтобы в принципе его сохранить. Это дало такой серьезный импульс их развитию, что обеспечило экономический отрыв от всего мира.

В эту группу входят Великобритания, США, Франция и Германия со второй половины XIX века, страны Северной Европы и Япония.           

Великобритания стоит несколько особняком, потому что государство не участвовало в первоначальном накоплении капитала. Его роль сводилась к регулированию предпринимательской деятельности. В других странах государство активно участвовало в экономических проектах, чтобы ликвидировать дефицит капитала в частном секторе. После Второй мировой войны и в Великобритании государство стало более активно принимать участие в экономической деятельности.

Но для этих стран и целого ряда других, присоединившихся к ним уже в ХХ веке, в самом конце прошлого века активность государства превратилась из локомотива развития в его тормоз.

Обо всем этом мы и поговорим в последующих заметках.

Сами по себе эти модификации тоже важны, потому что они определяют условия, при которых те или иные формы участия государства в экономике в большей или меньшей степени эффективны. Звучит грустно, но до сих пор существуют страны, которые, несмотря на весь накопленный исторический опыт, реализуют самые неэффективные формы государственного участия в экономике. Обо всем этом мы поговорим в последующих заметках.

На протяжении всего XIX века оставались страны, пытавшиеся сохранить феодальные пережитки. К таким относятся Российская и Османская империи, Персия, Цинский Китай и Корея. В Российской империи благодаря воле монарха, Александра II, удалось частично провести модернизацию, но в других элиты, яростно сопротивлявшиеся изменениям, задушили попытки реформировать отжившие свой век порядки. Их крах в конце XIX – начале ХХ веков должен был стать назидательным уроком на все последующие времена. Но многочисленные тоталитарные диктатуры ХХ века еще раз попытались реализовать на практике их формы правления. У этих диктатур был иной генезис развития, иные условия формирования и существования, иные ценности, но формы и методы правления соответствовали феодальным, с той лишь разницей, что были более жестокими и кровавыми.

Другой группой стран были те, в которых экономическая модернизация не только не отрицалась, но даже поощрялась. Но плодами модернизации должны были пользоваться исключительно элиты и государство защищало их привилегированное положение. К таким странам относятся Франция, Пруссия, Австрия до революций 1848 года. В странах Южной Европы и Латинской Америки такие порядки сохранялись более длительное время. В некоторых из них до конца XX века, а во многих африканских и азиатских странах — по сегодняшний день.

С одной стороны, модернизационный импульс обеспечивал более высокие темпы развития, чем у стран, сохранявших феодальные пережитки, но, с другой стороны, такие страны отставали в развитии от тех, где были реализованы более совершенные формы общественных отношений, в том числе, участия государства в экономике. Более того, плоды модернизации просачивались к неэлитным слоям, которые ими в полной мере воспользоваться не могли, что порождало общественный кризис, приведший к «Весне народов».

Все процессы, протекавшие в первой и второй группе стран, были изучены и описаны К. Марксом и Ф. Энгельсом. Ими же были достаточно точно определены последствия, к которым вела логика развития этих стран. Но основоположники не смогли разобраться с третьей группой стран, о которой пойдет речь ниже. В первую очередь потому, что все процессы и закономерности развития зарождались прямо на их глазах и не были до конца ясны. Проблема марксизма заключается в том, что оно, благодаря усилиям Ленина и Сталина, стало начетническим, что исключило всяческую возможность его развития.

Третья группа стран — это те страны, в которых элиты добровольно, по разным причинам, отказались от закрытого доступа к привилегиям. Сохраняя свое влияние на власть, сохраняя свои привилегии, они открыли доступ к ним любому, кто проявит достаточно предприимчивости и окажется в необходимой степени эффективным. Они согласились на размывание своего особого положения, то есть сокращение своих возможностей влиять на власть, ради того, чтобы в принципе его сохранить. Это дало такой серьезный импульс их развитию, что обеспечило экономический отрыв от всего мира.

В эту группу входят Великобритания, США, Франция и Германия со второй половины XIX века, страны Северной Европы и Япония.           

Великобритания стоит несколько особняком, потому что государство не участвовало в первоначальном накоплении капитала. Его роль сводилась к регулированию предпринимательской деятельности. В других странах государство активно участвовало в экономических проектах, чтобы ликвидировать дефицит капитала в частном секторе. После Второй мировой войны и в Великобритании государство стало более активно принимать участие в экономической деятельности.

Но для этих стран и целого ряда других, присоединившихся к ним уже в ХХ веке, в самом конце прошлого века активность государства превратилась из локомотива развития в его тормоз.

Обо всем этом мы и поговорим в последующих заметках.

Автор статьи: Жарас Ахметов
Подписаться:

Самое популярное

Инфографика

Как Казахстан тратил деньги Всемирного Банка

За 28 лет стране было предоставлено 8,686 млрд долларов на 49 проектных займа
Подробнее

27.01.2021 г.

Бизнес

В «прицеле» регулирования – уличная торговля и еда

Объектом возможного дополнительного регулирования может стать малый и микробизнес, представленный в форматах уличной торговли продуктами питания и приготовленной едой, то есть донерные, базары, «магазины у дома».
Подробнее

29.01.2021 г.

Бизнес

Мукомольный бизнес вступил в противостояние с правительством

Приказом министра торговли и интеграции РК муку первого сорта внесли в перечень биржевых товаров. Это не понравилось экспортерам.
Подробнее

01.02.2021 г.

Инфографика

Карантинный 2020: экономические итоги

Что произошло с отраслями экономики страны и бюджетом за январь–декабрь прошлого года разбирался ThePulse.kz.
Подробнее

05.02.2021 г.

Бизнес

АО «Центр транспортного сервиса», являясь одним из крупнейших владельцев подъездных путей, продолжает «стричь» грузоотправителей

The Pulse попытался выяснить, кто зарабатывает на этом.
Подробнее

10.03.2021 г.


ЕЩЕ