
В статье использованы данные ITC.
Итак, в периоде одов экспорт муки из Казахстана возрос со 171 до 1743 тыс. тонн, то есть в 10 раз. В деньгах это еще более солидный скачок – $26 до $489 млн.
Доля казахстанской муки в мировом экспорте в одах выросла с 2,3% до 11,2% в натуральном и с 1,7% до 7,3% в стоимостном выражении.
Пиковые значения пришлись на оды, когда доля Казахстана в мировом экспорте муки составила в тоннах 17,4% и 20,7% (соответственно, 1,8 и 2,2 млн тонн), а в долларах – 16% и 14,7% ($849 и $575 млн).
Если же сравнить данные по 2020 и 2008 годам, то в тоннах уже видно сокращение на 3%, в деньгах – на 42%. И это при том, что показатели по прошлому «коронавирусному» году превысили цифры по позапрошлому – на 12% в тоннах и на 35% в долларах.
В объеме экспорта (в тоннах) Казахстан был на первом месте в 2007–2010 и 2012 годах. В дальнейшем он уступал пальму первенства Турции, но с приличным отрывом от третьего места.
К слову, турецкий экспорт муки в 2020 году составил 2990 тыс. тонн или $951 млн. При этом прошлый год закончился для Турции сокращением экспорта муки на 8,3% в тоннах и 9,6% в долларах.
Однако, в целом, турецкий кейс интересен тем, что в какой-то момент эта страна стала больше закупать пшеницы и, перерабатывая ее в муку – продукт с более высокой добавленной стоимостью, постепенно стала мировым лидером по экспорту муки и сильным региональным игроком.
По цифрам прорыв в объемах экспорта муки у Турции произошел еще в 2005 году, когда она резко нарастила их с 786 до 1980 тыс. тонн. А с 2007 года турецкий импорт пшеницы составлял уже не менее 2 млн тонн ежегодно, с резкими скачками в 2008, 2011, 2014, одах. В 2019 году он достиг рекордных 9,7 млн тонн, выйдя на 2–3 место после Индонезии. В том же году Турция стала крупнейшим рынком для российской пшеницы, опередив Египет.
И это теория сравнительных преимуществ в международной торговле в действии.
Аналогичный пример показывает и Иран.
Так, в 2017 году эта страна уже на 9 месте в мире среди экспортеров муки – с 346 тыс. тонн. При этом с 2012 года Иран наращивал экспорт пшеницы – до 6,7 млн тонн, в том числе из Казахстана – в одах.
Уже по состоянию на 2014 год иранская мукомольная промышленность занимала 5 место в мире, с производственными мощностями в 20 млн тонн в год. Иран, также как и Турция, реализует задачу превращения в региональный центр транспортировки и переработки зерновых, экспортируя муку в Ирак, Афганистан, Катар. На иракском рынке Иран конкурирует с Турцией, на афганском – с Казахстаном, Пакистаном и Узбекистаном.
А страны Ближнего и Среднего Востока совокупно – это крупные потребители муки, высокий уровень потребления которой обусловлен традиционно сложившимся большим разнообразием продуктов питания на основе пшеницы.
Доля таких стран, как Афганистан, Ирак, Йемен, Сирия, Палестина, Саудовская Аравия, Катар, Оман, Бахрейн, Египет, Кувейт в общем импорте муки в 2019 году составила 31% или 1571 тыс. тонн.
Структура казахстанского экспорта муки по состоянию на 2020 год не выглядит очень диверсифицированной. Семь крупнейших стран-импортеров (Афганистан, Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан, Туркменистан, Россия и Китай) совокупно составляют 99,9% от всего экспорта муки в тоннах. А отдельно Афганистан занимает 66%. Налицо очень сильная зависимость от ключевых стран-импортеров, некоторые из которых осуществляют импортозамещение по муке, развивая собственные мукомольные мощности.
Да и случай с Афганистаном – это в немалой степени стечение обстоятельств.
Насколько известно, экспорт казахстанской муки в Афганистан начался в рамках гуманитарных поставок в начале 2000-х, резко достигнув доли в 27% в 2002 году. В тоннах резкий рост экспорта казахстанской муки в эту страны возникал также в 2006, 2008–2010, 2016 годах.
В то же время наличие в регионе Ближнего и Среднего Востока как высокого и стабильного спроса на муку в большинстве стран региона, так и как минимум двух региональных центров по переработке пшеницы в муку, дает второму экспортеру в мире новые возможности.
Так как у Ирана сложная внешнеполитическая и экономическая ситуации, и последовательное развитие отдельных отраслей, в том числе мукомольной промышленности, в этих условиях не может быть гарантированным.
А Турция, как производитель и экспортер муки, сильно зависит от российской пшеницы. Доля России в турецком импорте пшеницы начиная с 2009 года составляет больше половины (кроме 2011 года), достигнув в одах более двух третей. В то же время внешнеполитические отношения между этими странами носят сложный характер, периодические сказываясь на торговых отношениях.
В статье использованы данные ITC.
Итак, в периоде одов экспорт муки из Казахстана возрос со 171 до 1743 тыс. тонн, то есть в 10 раз. В деньгах это еще более солидный скачок – $26 до $489 млн.
Доля казахстанской муки в мировом экспорте в одах выросла с 2,3% до 11,2% в натуральном и с 1,7% до 7,3% в стоимостном выражении.
Пиковые значения пришлись на оды, когда доля Казахстана в мировом экспорте муки составила в тоннах 17,4% и 20,7% (соответственно, 1,8 и 2,2 млн тонн), а в долларах – 16% и 14,7% ($849 и $575 млн).
Если же сравнить данные по 2020 и 2008 годам, то в тоннах уже видно сокращение на 3%, в деньгах – на 42%. И это при том, что показатели по прошлому «коронавирусному» году превысили цифры по позапрошлому – на 12% в тоннах и на 35% в долларах.
В объеме экспорта (в тоннах) Казахстан был на первом месте в 2007–2010 и 2012 годах. В дальнейшем он уступал пальму первенства Турции, но с приличным отрывом от третьего места.
К слову, турецкий экспорт муки в 2020 году составил 2990 тыс. тонн или $951 млн. При этом прошлый год закончился для Турции сокращением экспорта муки на 8,3% в тоннах и 9,6% в долларах.
Однако, в целом, турецкий кейс интересен тем, что в какой-то момент эта страна стала больше закупать пшеницы и, перерабатывая ее в муку – продукт с более высокой добавленной стоимостью, постепенно стала мировым лидером по экспорту муки и сильным региональным игроком.
По цифрам прорыв в объемах экспорта муки у Турции произошел еще в 2005 году, когда она резко нарастила их с 786 до 1980 тыс. тонн. А с 2007 года турецкий импорт пшеницы составлял уже не менее 2 млн тонн ежегодно, с резкими скачками в 2008, 2011, 2014, одах. В 2019 году он достиг рекордных 9,7 млн тонн, выйдя на 2–3 место после Индонезии. В том же году Турция стала крупнейшим рынком для российской пшеницы, опередив Египет.
И это теория сравнительных преимуществ в международной торговле в действии.
Аналогичный пример показывает и Иран.
Так, в 2017 году эта страна уже на 9 месте в мире среди экспортеров муки – с 346 тыс. тонн. При этом с 2012 года Иран наращивал экспорт пшеницы – до 6,7 млн тонн, в том числе из Казахстана – в одах.
Уже по состоянию на 2014 год иранская мукомольная промышленность занимала 5 место в мире, с производственными мощностями в 20 млн тонн в год. Иран, также как и Турция, реализует задачу превращения в региональный центр транспортировки и переработки зерновых, экспортируя муку в Ирак, Афганистан, Катар. На иракском рынке Иран конкурирует с Турцией, на афганском – с Казахстаном, Пакистаном и Узбекистаном.
А страны Ближнего и Среднего Востока совокупно – это крупные потребители муки, высокий уровень потребления которой обусловлен традиционно сложившимся большим разнообразием продуктов питания на основе пшеницы.
Доля таких стран, как Афганистан, Ирак, Йемен, Сирия, Палестина, Саудовская Аравия, Катар, Оман, Бахрейн, Египет, Кувейт в общем импорте муки в 2019 году составила 31% или 1571 тыс. тонн.
Структура казахстанского экспорта муки по состоянию на 2020 год не выглядит очень диверсифицированной. Семь крупнейших стран-импортеров (Афганистан, Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан, Туркменистан, Россия и Китай) совокупно составляют 99,9% от всего экспорта муки в тоннах. А отдельно Афганистан занимает 66%. Налицо очень сильная зависимость от ключевых стран-импортеров, некоторые из которых осуществляют импортозамещение по муке, развивая собственные мукомольные мощности.
Да и случай с Афганистаном – это в немалой степени стечение обстоятельств.
Насколько известно, экспорт казахстанской муки в Афганистан начался в рамках гуманитарных поставок в начале 2000-х, резко достигнув доли в 27% в 2002 году. В тоннах резкий рост экспорта казахстанской муки в эту страны возникал также в 2006, 2008–2010, 2016 годах.
В то же время наличие в регионе Ближнего и Среднего Востока как высокого и стабильного спроса на муку в большинстве стран региона, так и как минимум двух региональных центров по переработке пшеницы в муку, дает второму экспортеру в мире новые возможности.
Так как у Ирана сложная внешнеполитическая и экономическая ситуации, и последовательное развитие отдельных отраслей, в том числе мукомольной промышленности, в этих условиях не может быть гарантированным.
А Турция, как производитель и экспортер муки, сильно зависит от российской пшеницы. Доля России в турецком импорте пшеницы начиная с 2009 года составляет больше половины (кроме 2011 года), достигнув в одах более двух третей. В то же время внешнеполитические отношения между этими странами носят сложный характер, периодические сказываясь на торговых отношениях.
Sponsored By
